Родился в с. Конюхи Грубешовского уезда Люблинской губернии в семье зажиточного крестьянина, русский.
Образование 4 класса.
До июля 1915 г. работал в хозяйстве отца (в 1919-1939 гг. – территория Польши), во время Первой мировой войны в связи с приближением фронта как беженец был эвакуирован в Царево-Кокшайский уезд Казанской губернии. В поисках работы переехал в г. Вятку, где был рабочим на кожевенном заводе Зонова (1915-1919). В 1919 г. призван в Красную армию. Участвовал в гражданской войне, воевал на Восточном фронте против войск Колчака. Служил политруком, помощником военкома 109-го ж. д. батальона, комиссаром вещевых складов и помощником комиссара 14-го полка 5-й кавалерийской дивизии. Демобилизовался в июле 1922 г. Вернулся в г. Вятку и работал на кожзаводе им. Октябрьской революции.
Пока был в армии, его родственники вернулись на родину (в Польшу). В дальнейшем жил в Малмыжском уезде (районе). В 1926 г. был зав. хлебопродуктами в г. Малмыже, в 1932 г. – председателем Савальского сс, потом – директором Савальского совхоза, зав. Малмыжским райдоротделом. С июля 1936 г. работал директором Просницкого отделения Кировоблторга на ст. Просница.
В ВКП(б) состоял с 1919 г. Исключен в 1935 г., восстановлен в 1936 г., вторично исключен в декабре 1937 г. «за связь с заграницей, утерю партбилета и за содействие отцу в выезде за границу».
На момент ареста проживал в дер. Васькинцы Долгановского сс Просницкого района. Семейное положение: жена, дочери 7-и и 6-ти лет, сын 2, 5 лет. Две сестры жили в Польше, одна - в г. Детройте (США).
Арестован 5 июля 1938 г. Из обвинительного заключения: «Является агентом немецкой разведки, по заданию которой проводил шпионскую работу», т. е. обвинялся по ст. 58 п. 6 УК РСФСР.
Осужден 26 сентября 1938 г. Особой Тройкой при УНКВД Кировской области по ст. 58 п. 6 УК РСФСР к ВМН, расстрелян в 2 часа 10 минут.
Реабилитирован 26 сентября 1958 г. определением Военного Трибунала Уральского военного округа «за отсутствием состава преступления». Решением Кировского бюро обкома КПСС от 17 июля 1989 года, протокол № 10 п. 20 восстановлен в КПСС посмертно.